ДДС-Сибирь: Вы 15 лет проработали в HR. Отказ от мужчин-строителей — это действительно продуманная стратегия или же следствие острого кризиса на рынке труда?
Светлана Белоконь: Я, как эксперт по работе с командами, четко понимаю, что смешанный коллектив более эффективен по всем показателям. Но квалифицированных строителей-мужчин приходит к нам в команду все меньше. Даже если изначально кандидат приходит с опытом и образованием, работа на нашем производстве часто показывает, что уровень компетенций не соответствует занимаемой должности. Кадров все меньше и меньше. Мы знаем, где эти мужчины сейчас, и ситуация на рынке это остро подсвечивает.
Задача была стратегически заложена примерно полгода назад. Мы с партнером стали жить с этой мыслью и закладывать в описание вакансий особые требования. Отмашка была дана в День предпринимателя. Мы со сцены на ярмарке вакансий озвучили, что открываем набор в женскую бригаду, и с этого момента у нас стали появляться девушки.
Сейчас к нам обращается все больше девушек. И мы с партнером уже думаем, как бы не получилось так, что в коллективе останутся всего один-два мужчины, чего на самом деле не хотелось бы.
ДДС-Сибирь: Стройка — это тяжелый физический труд. Чем вы компенсируете разницу в физической силе, и нет ли такого, что единственный мужчина-технарь выполняет у вас всю «черновую» тяжелую работу за женскую бригаду?
Светлана Белоконь: Это действительно тяжело без специальных подручных средств. Наш цех площадью более 1600 кв. м оборудован двумя кран-балками, подъемными и передвижными техническими средствами, а также погрузчиком.
Есть тяжелые элементы, например, шестиметровая доска шириной 190 мм и толщиной 50 мм — она достаточно тяжелая. Даже мужчине будет непросто, поэтому для таких задач используются специальные погрузочно-разгрузочные средства.
Гендерного разделения при строительстве дома у нас нет. Если девушка приходит на работу, видит весь фронт задач, свои должностные обязанности, пробовала себя в тестовом периоде, то она принимает осознанное решение стать монтажником модульного домостроения.
В работе, конкретно на стройке, гендерных предрассудков нет. Наши девчонки работают наравне с мужской бригадой.
ДДС-Сибирь: Заказчик в Сибири часто консервативен и ищет «мужскую» надежность. С каким самым жестким проявлением недоверия со стороны клиентов вы столкнулись, и бывали ли случаи, когда статус «женской бригады» стоил вам сорванной сделки или потерянного контракта?
Светлана Белоконь: Вы знаете, мужчины в Сибири такие же, как и в европейской части. Наверное, есть какие-то отличия, но консерватизм и жесткость при выборе бригады отсутствуют, когда заказчики приезжают к нам на производство.
Вообще, сделки у нас заключаются именно на производстве. У нас нет офиса в городе — мы приглашаем клиентов посмотреть воочию, что происходит внутри, в самом сердце «ДНК-Строй»: из каких материалов мы строим, кто это делает, какой порядок у нас в цехе. Здесь сразу все становится понятно. Выставочный дом — это одна история, а вся внутренняя кухня происходит именно в сердце компании.
И еще ни один заказчик — ни мужчина, ни женщина — не сказал: «Ой, у вас девушки на производстве! Что же они могут построить?!» Наоборот, один из заказчиков буквально аплодировал и говорил: «Где же эти девушки были до этого?! Почему мой дом не строили, не монтировали?!» Хотя со стороны посмотришь: красивые, вроде бы хрупкие девушки, очень позитивные. Так что консерватизма нет, несмотря на то, что мы живем в Сибири и в строительство вкладываем миллионы. Абсолютно ни одного сорванного по этому вопросу контракта.
Однажды к нам приезжал крупный поставщик пиломатериалов, увидел девушек и сказал, что тоже постепенно переходит на женский коллектив. Так что мы Америку не открыли и велосипед не изобрели.
ДДС-Сибирь: Стройка — это зона повышенного стресса, жестких дедлайнов и погодного прессинга. Как выглядят эмоции в женской бригаде, когда срываются поставки или идет брак? Если на обычных стройках привыкли общаться на мате, то как у вас?
Светлана Белоконь: Вы говорите о том, что стройка — это зона повышенного стресса. Я могу сказать, что любая профессиональная сфера — зона повышенного стресса, если ты берешь ответственность за результаты своего труда, работаешь в команде и твой результат зависит от коллектива, поставщиков, заказчиков или погодных условий.
Да, у нас погодные риски минимизируются за счет того, что дом на 70% готовится в оборудованном теплом цехе, поэтому здесь мы защищены. Бывает, дорожные условия могут помешать при перевозке модулей или монтаже, но это сводится к минимуму.
С точки зрения психологии, женщина более способна на долгосрочный результат и готова брать ответственность на длительном горизонте. Поэтому, когда производственный процесс состоит из повторяющихся, однотипных шагов, женщина — это лучшее решение. С точки зрения «пришел, увидел, победил» (когда нужно за короткий срок собрать и демонтировать) более видна мужская эффективность. Женщина утомляется от такой спешки быстрее, поэтому на финальный монтаж мы, как правило, приглашаем отдельные монтажные бригады, где чаще работают мужчины. Мужчина же устает вдолгую: если монтаж затягивается более чем на неделю, эффективность и качество работы снижаются. У женщин этого не наблюдается — и это факт.
ДДС-Сибирь: Какова реальная себестоимость и скорость строительства у женской бригады по сравнению с классической мужской?
Светлана Белоконь: Про скорость на данном этапе подтверждаю: она выше. Скорость сборки дома по сравнению с классической мужской бригадой у нас выше. Я не утверждаю, что это абсолютный закон для всех, и не призываю всех переходить на женские бригады. Это работает у нас, при нашем подходе. Возможно, со временем, с изменением геополитической или экономической ситуации, всё изменится. Возможно, придет такая мужская бригада, которая будет на равных конкурировать с девчонками. Здорово, если бы мы, как на матчах, вели счет — это был бы идеальный вариант. Но на данный момент себестоимость дома, собранного женской бригадой, ниже.
Я не отрицаю, что у нас могли быть управленческие ошибки, что раньше были неправильно подобраны мужчины. Но при текущем управленческом подходе женская бригада намного эффективнее. Снизились операционные убытки, повысилась скорость — всё это повлияло на снижение себестоимости и получение прибыли. Но это не конечная цель, и, повторюсь, мы стремимся к смешанным бригадам.
ДДС-Сибирь: Как относитесь к критике вашей работы в интернете?
Светлана Белоконь: К критике и отрицательным отзывам я, как собственник и управленец, отношусь очень болезненно. Это моя личная история. Мне говорят, что в бизнесе так нельзя. Благо мой партнер относится к этому просто как к явлению на рынке: и положительные, и отрицательные отзывы будут всегда. Безусловно, существовать только с идеально чистой, положительной историей нереально. Но для меня каждый отзыв — это не только сигнал к действию и анализу ошибок, но и личное переживание. Выработать здоровый пофигизм я на данный момент не смогла: отрицательный отзыв всегда меня задевает.
Основные претензии, которые приходят от заказчиков, касаются сроков. Заказчик доволен домом, ему нравится качество и внешний вид, он отмечает нашу клиентоориентированность. Но мы далеко не всегда укладываемся в те короткие сроки, которые обычно подразумевает модульное домостроение. За два-три месяца мы дом не возводим. Наш средний срок — от 4 до 6 месяцев. Это то, что мы сейчас обещаем и гарантируем. Когда мы только учились, сроки были еще больше, и заказчики об этом писали. Это факт.
Будем ли мы учиться строить быстрее? Наверное, да. А может быть, мы возьмем другой уникальностью. Потому что одна из наших главных фишек — не скорость, а работа с индивидуальными проектами. У нас нет типовых решений. Все проекты из каталога — это часто идея заказчика, принесенная буквально на листочке. Если клиент хочет дом «не как у всех», а с особенностью, то придется немного подождать. В отзывах в интернете можно найти, что мы где-то медлительные, как черепахи. Но сейчас мы заведомо ставим реальные, чуть более долгие сроки.