Шесть лет они копили усталость в московских пробках, пока не поняли: удаленка стирает границы. Ольга и Сергей Комогорцевы продали столичную суету и купили старый дом из лиственницы в предгорьях Алтая.
Комогорцевы — семья врачей родом из Забайкалья. За совместную жизнь они пережили несколько переездов, а шесть лет назад даже попробовали пожить несколько месяцев в алтайском селе и поработать в местной амбулатории. Но на зарплаты сельских врачей прожить было крайне сложно. Было решено ехать в Москву за заработками. В столице пара смогла встать на ноги, снять квартиру и начать закрывать базовые потребности. Спустя шесть лет у мужа появилась возможность работать удаленно.
— Мы сели и посчитали: если нас в городе больше ничего не держит, кроме привычки, а зарплата позволяет жить там, где мы хотим, почему бы не вернуться? — вспоминает Ольга. — Квартиры своей у нас не было, мосты мы не сжигали. Сыну просто пришлось сменить школу.
Покупка вслепую и сюрприз под мазанкой
Ни друзей, ни родственников в том районе Алтайского края, куда они решили переехать, у семьи не было. Локацию выбирали сугубо прагматично, сидя в московской квартире.
— Мы смотрели Яндекс.Карты, изучали панорамы. Главные фильтры были жесткие: наличие газа, адекватный вид поселка, наличие школы и близость к городу, чтобы в случае чего быстро доехать до нормальной больницы, — рассказывает Сергей.
В итоге они выбрали дом из лиственницы 1969 года постройки, 47 квадратных метров, участок в 63 сотки вытянутой формы.
Первый же ремонтный день принес неприятный сюрприз. Стены в доме были закрыты плитами и замазаны глиняной мазанкой. Когда все это демонтировали, семья обнаружила, что в 70-х годах в доме был серьезный пожар. Угол выгорел прилично.
— Мы-то думали, пожар был небольшим. А там угол стен пострадал сильно. Но, к чести лиственницы, замки между бревнами уцелели. Дерево внутри абсолютно чистое, звенит, сухое. Мы для подстраховки усилили замки металлическими пластинами, но само дерево вековое, оно свое отработает еще столько же, — констатирует Ольга.
Газ вместо печи и низкие двери
Соседи и знакомые советовали сохранить аутентичную русскую печь. Но новоселы приняли волевое решение — сносить.
— Нам нужно выигрывать каждый сантиметр пространства. Вместо печи мы ставим газовый котел. Наша концепция простая: снаружи это ностальгическая деревенская изба, а внутри — современная квартира с санузлом и горячей водой. Сохранять музейный колорит и мыться в тазу мы не готовы, — объясняет Ольга.
Быт в старом деревянном доме быстро расставил приоритеты. Новые жильцы оказались для него высокими, и первое время все регулярно бились головой о низкие дверные проемы. Зато потолки в 2,45 метра для такого возраста дома стали приятным исключением.
Логистика для деревни вносила свои коррективы. Заказанные стройматериалы ехали две-три недели. Переехали в мае, документы оформляли месяц, материалы ждали до июня, а к ремонту приступили только в июле.
Семь блэкаутов и трава как антидепрессант
Романтика сельской жизни быстро столкнулась с инфраструктурной реальностью. За четыре месяца жизни свет отключали семь раз. Вместе со светом пропадает и вода.
— Муж работает рентгенологом онлайн, поэтому у нас стоит бесперебойник. Он тянет нагрузку, и работа не встает. А вот воду приходится носить или запасать заранее, к этому просто привыкаешь, — делится лайфхаком Ольга.
Уличный туалет, которым семья пользуется сейчас, переносится легко только благодаря теплому алтайскому лету. К осени планируется полноценная врезка в дом.
Самым неожиданным врагом оказалась не печка и не блэкауты, а трава.
— Косить приходится часто, особенно после дождей, когда она прет как сумасшедшая. Главное правило, которое мы усвоили: не запускать. Чем больше зарастает участок, тем тяжелее потом с этим бороться, — предупреждает Сергей.
Философия «будет день — будет пища»
Переезд полностью перестроил мышление семьи. В Москве жизнь была расписана далеко наперед. На Алтае, среди недопиленных досок и растущей травы, этот подход умер.
— Мы теперь живем по принципу: будет день — будет пища. Мы не планируем глобально. Сталкиваемся с задачей, решаем ее по ходу пьесы и идем дальше. В городе это был бы день сурка, а здесь каждое решение — это маленькое приключение, — говорит Ольга.
В планах на будущее, когда базовый ремонт будет закрыт: баня по классике, живность во дворе, спортивная площадка и вылазки по Алтаю, до которых у городских врачей раньше просто не доходили руки. Своей новой деревенской жизнью Ольга делится в телеграм-канале.
Главный совет от Ольги и Сергея тем, кто сейчас сидит в московских офисах и думает о дауншифтинге: возьмите лист бумаги и выпишите все плюсы и минусы.
— Страх неизвестности есть всегда. Но будет гораздо сложнее осознавать в конце, что ты мог рискнуть, но не сделал этого, и прожил не свою жизнь. Трудностей не избежать нигде, но здесь ты их хотя бы выбираешь сам, — резюмирует Ольга.
